О музее / К 100-летию со времени основания музея / Век back

27 июня. Эпидемия… экспедиций?

16 / 194

Экспедиция В.В. Сапожникова на ледниках Алтая  Начало XX века (источник изображения)

 

«Эпидемия…экспедиций?» – такими странными словами обозначил один из журналистов томской газеты «Знамя революции» начавшийся в июне 1920 года сезон экспедиционных поездок с научными и образовательными целями. Современным студентам и учёным-естественникам (биологам, географам, геологам и т.д.) эта ситуация хорошо знакома: летом студенты выезжают «на практику», а учёные открывают сезон полевых исследовательских работ. Однако автор заметки в томской газете век назад высказался об этом явлении крайне неодобрительно. Его смущало несколько моментов – в ситуации крайней скудости бюджета финансировать такие поездки накладно, а практическая польза от них неочевидна – время для чистой науки, как ему кажется, совсем неподходящее. Продовольствие и другие запасы, которыми организаторы экспедиций просили их снабдить, находились на строгом партийном учёте в прямом смысле этого слова и были в дефиците. А эти самые учёные (которых автор заметки ещё и сильно подозревает в буржуазности и антисоветских настроениях) даже, мол,  не задумывались, что приобрести продукты будет дешевле и проще именно в тех местах, куда они едут. Пролетарский журналист также подозревал экспедиционщиков в том, что они таким способом пытаются избежать всеобщей трудовой повинности.

Тем не менее, факт остаётся фактом – в условиях жесточайшей экономии бюджета, постоянного балансирования на грани голода Томск в июне 1920-го собирался отправлять «в поле» ряд экспедиций научно-исследовательского и научно-практического характера; участие в них студентов также придавало этим путешествиям характер производственной практики.

Кто, куда и с какими целями ехал? Приведём несколько примеров, о которых сочла нужным упомянуть местная губернская пресса:

Физико-математический факультет университета отправлял две экспедиции в Енисейскую губернию. Во главе Минералогической экспедиции стоял профессор Курбатов, в её составе было 10 участников. Географо-антропологической экспедицией с численностью отряда в 8 человек руководил профессор Руденко. Обе экспедиции направлялись в район долины Енисея южнее Красноярска. Студенты должны были закрепить свои практические навыки, а кроме того, предполагалось собрать значительный материал для последующей научной обработки и изготовления учебно-вспомогательных пособий.

Томский университет также направлял ботанический отряд под руководством видного учёного, биолога и географа В.В. Сапожникова. Он с небольшой группой (сам профессор, пять студентов и один рабочий) выехали по довольно протяжённому маршруту по Южной Сибири (Семипалатинская область, Алтай, в районе долины Бухтармы, а затем вдоль Катунского хребта) для формирования флористических коллекций.

Профессор И.А. Валединский был отправлен губернским здравотделом на озеро Карачи с целью его обследования и постановки дела создания курорта. Требовалось устроить метеостанцию, обследовать запасы лечебной грязи и вод. Инженер Петров, заведующий подотделом использования водных сил, направлен в Бийский уезд, на Белокурихинские источники, в распоряжение Урало-Сибирского геологического комитета. Экспедиция комитета на Белокурихе должна была всесторонне изучить эти источники, а инженеру Петрову, кроме того, было поручено выяснить, возможно ли использовать водную энергию источников для работы двигателя, который бы обеспечивал электроэнергией не только сам курорт, но и прилегающие селения.

Очевидный практический смысл имели командировки сотрудников гублескома: в Алтайской даче Томского лесничества изучался вопрос, возможно ли провести подвесную дорогу к линии железной дороги и сплавным рекам для вывозки дров в Томск. Также командировались специалисты для обследования торфяных площадей в Петровской волости, чтобы изучить возможность использования торфа как топлива для замены дров.

На эту ситуацию участившихся отъездов экспедиционных групп «в поле» быстро отреагировала томская губчека. Было принято постановление, что все экспедиции из Томска могут отправиться куда бы то ни было только с разрешения чека. Чтобы его получить, нужно было представить в органы подробный список участников с указанием ФИО, должности, адреса и отношения к воинской службе. За неисполнение, как водится, грозила ответственность.

 

Навьючивание лошадей после ночной стоянки научной экспедиции. Алтай. [1920-1930-е годы] (из фондов ТОКМ; материалы Тюменцевых)