Коллегам / Культурно-образовательная работа / Тематические встречи

Встреча поколений и уроки истории на выставке в Томском краеведческом музее

1 / 21

3 сентября 2026 года в рамках выставки «Сердце сибирского тыла: Томск в годы войны» состоялся комплекс памятных мероприятий для учащихся 10-го класса школы № 16 города Томска.

Программа включала две части:

  • Встреча ко Дню солидарности в борьбе с терроризмом с участником боевых действий на Северном Кавказе, майором Андреем Александровичем Грицкуль.
  • Лекция ко Дню окончания Второй мировой войны, которую провёл Валерий Уйманов, доктор исторических наук и заместитель директора Томского областного краеведческого музея (ТОКМ) по работе с мемориальным наследием. Лекция была посвящена событиям завершения мировой войны, территориальным претензиям со стороны Японии и методам ведения информационной войны.

После завершения официальной части школьники подробно ознакомились с экспозицией выставки.


Часть 1. Из воспоминаний майора А. А. Грицкуль.

О буднях сапера и детях на минном поле

«В фильмах часто показывают: побежали, победили, выиграли. На самом деле война — это тяжелейшая работа для солдата. Бывало, не спишь по 4–5 дней, а если удается вздремнуть 2–3 часа за сутки — это уже удача. Всё остальное время приходится таскать всё на себе. Хочешь жить — носишь и продукты, и боеприпасы, и батарейки для раций.

Я ползал, занимался разминированием. Самое страшное и отвратительное, к чему прибегали боевики — это привлечение детей. Ребенку давали конфету и говорили: „Иди, отдай дяденьке“. Малыш бежал через минное поле и подрывался. Бандиты из группировок Хаттаба не щадили никого. Они зверствовали везде, в том числе среди своих: за любое „неправильное“ слово или взгляд человека могли обезглавить.

Минировали абсолютно всё: игрушки, калькуляторы, магнитофоны. Оставляли такие подброшенные „подарки“ в школах, в домах, где жили дети, кидали в песочницы. Ребенок видит вещь, берет в руки — происходит взрыв. В школьных классах могли оставить телевизор. Заходишь, включаешь мультики — срабатывает направленный заряд, всё разлетается осколками. Бывало и такое. Минировали дома местных жителей, сочувствующих России».

Андрей Александрович Грицкуль

Об отношении местного населения и быте

«Местное население относилось к нам по-разному. Некоторые встречали российских военнослужащих очень хорошо. Мы их подкармливали, делились своими пайками, потому что есть людям было абсолютно нечего. Привозили им остатки наших продуктов: тушенку, сгущенку, сухари. Другие относились внешне нейтрально, но со скрытой враждебностью. Днем такой человек ходит с тяпкой в поле, а вечером берет в руки автомат. Ночами обычно начинались обстрелы и активизировалась минная война.

Помню случай возле комендатуры. Там из-за дождей образовалась большая лужа. Метров за сто до комендатуры на ней подорвался БТР уфимского СОБРа. Заряд сработал прямо под днищем: водителя выбросило взрывной волной, оторвало ноги, остальных ребят сильно контузило. И тут же начался обстрел. В том бою парни потеряли несколько человек ранеными („трехсотыми“), а водитель позже скончался в госпитале от потери крови. Нижегородский СОБР на площади Минутка тоже зажали в кольцо. Они отбивались шесть часов. Из 25 человек на базу живыми и относительно целыми вернулись только шестеро, остальные были тяжело ранены или контужены.

В период Первой чеченской кампании дети там практически не учились. Ребята с пятого по десятый класс едва умели читать и писать. Подходил мальчик и просил: „Дяденька, посчитай, сколько тут конфет и печенья“ — на этом все его знания заканчивались. Света не было, подстанции взорваны, информацию брать негде. По деревням ходили их глашатаи и рассказывали, будто российские солдаты всех режут и убивают. Полная ложь, но люди, отрезанные от мира, верили. Это сейчас есть интернет, чаты. Но и в них информацию нужно жестко отсеивать, уметь отличать правду от лжи. Вы в телефонах соображаете быстрее нашего, так что сами понимаете».

Об опасности современных находок и химии

«Меня самого подрывали несколько раз. Сейчас, с учетом опыта СВО, нужно помнить: абсолютно любой предмет может быть взрывоопасным. Возьмите обычную жестяную баночку из-под сока объемом 0,25 или 0,5 литра. Если она сработает в комнате, здесь вылетят все окна и всё разнесет. Время замедления у неё может быть 10–15 минут: сидит человек за столом, открыл баночку, поговорил, ушел. А потом происходит взрыв, и собирать уже некого. Современные взрывные устройства собираются на интегральных схемах, технологии шагнули далеко вперед.

Поэтому, прежде чем что-то поднять с земли — подумайте. Бывает, бежали, зацепили незаметную проволочку — и бабахнуло. Сейчас на освобожденных территориях Донбасса добрые „дяденьки“ из ВСУ подбрасывают пятитысячные купюры. Ребята рассказывали: человек берет такую банкноту руками, а через полчаса получает тяжелейшее химическое отравление, от которого не спасет ни один врач. Работает опасная химия.

Дай Бог, чтобы вы видели всё это только на картинках и в рассказах. Учитесь, слушайте старших. Видите незнакомый предмет, кошелек, красивую вещь — не надо трогать, дергать и хватать. Лежит и пусть лежит. У некоторых есть привычка: приоткрыл кошелек посмотреть, что внутри, а там встроенный заряд. Даже от обычных петард людям пальцы отрывает, так что будьте осторожны».


Часть 2. Вопросы школьников и ответы выступающего

Ведущий: Расскажите, пожалуйста, о ваших наградах.

А. А. Грицкуль: «Что о них рассказывать… Первую медаль „За отвагу“ получил в 1995 году. Мы тогда входили в станицу Асиновскую. Заходили с одной стороны, а боевики с другой стороны пытались подвозить боеприпасы. Станицу мы полностью освободили, закрепились. Ночью начался сильный обстрел, мы дали ответный бой, а затем занимались разминированием территории. За это и наградили.

Есть орден „За заслуги перед Отечеством“. Тогда к нам на Кавказ приезжал начальник Томского УВД генерал Гречман, привозил посылки. Перед их приездом мы проводили инженерную разведку дороги, и я подорвался. Мы ехали в количестве более 10 человек на броне, сработал заряд, нас всех раскидало. Мы быстро выставили заслоны, отогнали боевиков огнем. После этого я обнаружил и лично обезвредил еще два фугаса. За этот эпизод получил орден. Остальные награды — „За службу на Кавказе“, ведомственные и за выслугу лет».

Школьница: Почему началась Чеченская война?

А. А. Грицкуль: «Потому что в республике началось планомерное уничтожение и вытеснение русскоязычного населения. Людей вешали прямо на площадях, устраивали публичные казни в центре Грозного. Затем лидеры боевиков потребовали расширения территорий, и включилась большая политика».

Е. В. Астраханцева (директор школы № 16): «Я хочу немного пояснить исторический контекст, так как ребята молодые и могут не до конца понимать суть тех событий. Раньше существовал Советский Союз — огромная, мощная страна. В 1991 году после Белорусских (Беловежских) соглашений СССР перестал существовать, республики отделились, образовалось СНГ.

В составе Российской Федерации на тот момент находилась Чечено-Ингушская Автономная Республика. Центральная власть во главе с президентом Ельциным была слабой. Был озвучен лозунг: „Берите суверенитета столько, сколько сможете “. В результате в Чечне усилились сепаратистские настроения, активно подпитываемые из-за рубежа. Самопровозглашенную Ичкерию возглавил бывший полковник Советской армии Джохар Дудаев.

Республика фактически превратилась в оплот международного терроризма, внутри границ России образовалась черная дыра. Из Чечни шли теракты по всей стране, захватывались больницы, процветала работорговля и продажа людей в рабство. Финансирование шло от западных стран. Днем местные жители притворялись мирными гражданами, а ночью уходили в горы к боевикам. В итоге правительство России приняло решение ввести войска для восстановления конституционного порядка.

Первая чеченская война завершилась подписанием Хасавюртовских соглашений, и федеральные войска были выведены».

А. А. Грицкуль: «Большинство военных считают Хасавюртовские соглашения откровенным предательством. Мы могли закончить войну еще в 1996–1997 годах, но боевикам просто дали восстановиться. Они перегруппировались, подвезли новое оружие. Мы свои условия соглашения выполнили, они — нет. Это похоже на то, что происходит сегодня: одна сторона держит слово, а другая отправляет беспилотники на наши мирные города».

Е. В. Астраханцева: «Затем был убит первый президент Чеченской Республики Ахмат-Хаджи Кадыров (отец Рамзана Кадырова), и началась Вторая чеченская кампания. Со всех субъектов РФ, включая Томск, сотрудники ОМОНа и СОБРа отправлялись в регулярные командировки для поддержания порядка. Посмотрите, какой красивый город Грозный сегодня, какой там идеальный порядок. Чтобы остановить эту многолетнюю войну, федеральный центр выделил огромные средства, там построены современные центры подготовки».

А. А. Грицкуль: «Да, Грозный сейчас — прекрасный город для отдыха, дороги идеальные. Разница между тем, что было, и тем, что стало — колоссальная.

А тогда, во Вторую кампанию, мы столкнулись уже с профессионально подготовленными наемниками-арабами. Это были опытные душманы, многие воевали еще в Афганистане. Уровень их подготовки был высочайшим. Наших необстрелянных солдат-срочников мы старались держать за своими спинами. На полигоне всему не научишь, у человека на войне тумблер в голове включается сам, когда появляется главная задача — выжить, ведь дома ждут родители, жены, дети.

Когда я выходил на инженерную разведку и разминирование, за мной шла колонна. Моя задача была — сделать так, чтобы никто не подорвался, чтобы все вернулись живыми, ну и я вместе с ними. Мы проходили по 20–25 километров пешком туда и обратно, проверяя каждую обочину. Сейчас это вспоминается с улыбкой, а тогда было страшно. Страшно терять друзей, с которыми еще несколько минут назад строил планы на возвращение домой. В марте 1996 года мы две с половиной недели сидели в полном окружении в здании бывшего детского сада. Загнали мирных жителей в подвал, а сами заняли позиции на этажах. Нас долбили днем и ночью, мы огрызались. Носили ящики с патронами на верхние этажи бегом, без всяких лифтов. Психологическая и физическая нагрузка была колоссальной.

Организаторы той войны хотели развалить Россию. Наша страна огромная, богатая ресурсами — нефтью, газом, и т.д. Маленькими раздробленными государствами Западу управлять намного проще. В Чечне в 1995 году боевики подорвали газовые и нефтяные скважины, они горели вплоть до 2007 года — подойти ближе чем на несколько сотен метров было невозможно из-за страшного жара. Уничтожались заводы, шла незаконная врезка в трубопроводы. Это все равно что залезть к вам в кошелек и забирать ваши деньги. Военные навели порядок».

Школьница: Вы преследовали какую-то личную цель, у вас было собственное желание ехать туда?

А. А. Грицкуль: «В наше время ключевым понятием был патриотизм. Мы все были воспитаны в Советском Союзе, у нас не было деления на нации: казахи, узбеки, таджики, чеченцы, дагестанцы, буряты, русские — все были братьями. Ели из одного котелка, сидели за одним столом. Это сейчас в обществе иногда начинается деление на „русских“ и „нерусских“. Да у нас чистых кровей уже не найдешь: по Руси веками бегали и татаро-монголы, и турки, и китайцы, все перемешались. А за деньгами на войну едут сейчас часто от безысходности — у кого-то кредиты, долги, людей загнали в такие рамки. В Афганистан я попал по срочной службе, меня никто не спрашивал. Отслужил, вернулся на гражданку, посмотрел, что в стране жулики разыгрались, пошел в ЦК Комсомола и по комсомольской путевке осознанно перевелся в ОМОН».


 

Заключительное слово выступающего

«После пережитого на войне возвращаться к мирной жизни невероятно тяжело. Там ты включаешься мгновенно, а здесь перестроиться не можешь. Помню, вернулись из командировки перед самым Новым годом, идем по городу, и вдруг кто-то взрывает петарды и фейерверки. Вся наша группа из более 10 человек на автомате нырнула в сугробы, потому что любой громкий хлопок там — это сигнал спрятаться. Окружающие смеялись, а нам было не до смеха. Нервы сдавали у многих, люди уходили в себя, спивались, не выдерживали груза воспоминаний, ведь в первый раз убить человека, пусть даже врага — это тяжелейший психологический надлом.

Я искренне желаю, чтобы вам никогда не пришлось пережить подобное на себе. У вас сейчас свои задачи — нужно учиться. Без знаний в этой жизни долго не протянешь. Мне самому в инженерном деле очень пригодились школьная физика и математика, хотя в вашем возрасте я думал, что они никогда не понадобятся.

Учитесь оставаться людьми в любых ситуациях. Относитесь друг к другу так, как хотите, чтобы относились к вам. Расширяйте свой кругозор, читайте классику, того же Пушкина. Если кто-то из вас решит связать жизнь с военной службой — готовьтесь уже сейчас, делайте упор на физическую подготовку (ФИЗО).

Наши деды боролись за нас, мы воевали за вас. Теперь ваша очередь удержать и приумножить то хорошее, что есть в нашей стране. Сделайте так, чтобы вокруг вас было чисто, комфортно и мирно ребята».

Лекция ко Дню окончания Второй мировой войны, которую провёл Валерий Уйманов, доктор исторических наук и заместитель директора Томского областного краеведческого музея (ТОКМ) по работе с мемориальным наследием. Лекция была посвящена событиям завершения мировой войны, территориальным претензиям со стороны Японии и методам ведения информационной войны.

Валерий Николаевич Уйманов

Составил: с.н.с. К.Б. Подковыркин