Архив / История в документах

Великая, чисто русская легенда или правда и вымысел о Святом Старце Фёдоре Кузьмиче…

41 / 118

«Жизнь святых по своей природе таинственна, но не от того, что в ней что-то нарочито скрыто от глаз непосвященных, а потому, что их жизнь особым образом причастна к той Великой тайне, которая именуется Богом,  и в силу данной причастности сродна ей.

Подобной таинственностью овеяна и личность великого сибирского подвижника святого старца Фёдора Томского. Невозможно сегодня с полной уверенностью утверждать, кем был праведный старец до своего появления в Сибири. Верно одно – именно сибирский период его жизни явил нам святость этого человека и даровал крепкого предстателя за нас перед Богом, имя которого Фёдор и означает «дар Божий».

Тайна старца Фёдора Кузьмича, проживавшего в Сибири, в Томской и Енисейской губерниях в 1837–1864 годах до последнего своего дня, продолжает  будоражить умы.

История Томска теперь уже немыслима без этой  личности.

Судьба старца Фёдора Кузьмича уже более полутора веков остаётся загадочной. Известно, что в 1836 г. его, как человека, скрывающего своё происхождение, задержали в г. Красноуфимске. В 1837 году партия, в которой по этапу шел старец Фёдор Козьмич (как называл себя сам старец) прибыла в село Зерцалы Ачинского уезда. Впоследствии он был сослан на «причисление» в Боготольскую волость Мариинского уезда Томской губернии. Пять лет прожил на Чулыме при Краснореченском винокуренном заводе, затем поселился в деревне Белоярской. С 1843 г. в течение 15 последующих лет Фёдор Кузьмич бродил по окрестным деревням и занимался обучением крестьянских детей грамоте. За свою аскетическую жизнь, беседы на религиозные темы, за добрые советы в горе и болезни, он пользовался расположением простых людей, охотно предоставлявших ему кров и пропитание. Долгое время старец жил «меж двор» в Зерцалах, Краснореченском. Поскольку внешний облик, речь, пристрастие к чтению и письму на иностранных языках выдавали в старце человека из высших кругов, получившего прекрасное образование, очень скоро пошли слухи, что бродяга-то вовсе не тот, за кого себя выдаёт. Молва стала отождествлять Фёдора Кузьмича с императором Александром I, таинственно ушедшим от власти и мирской жизни. Сходство с покойным государем, благородные манеры, образованность, внезапные приезды к старцу каких-то господ возбуждали всеобщее любопытство и разного рода толки.

Речь седого таинственного старика зажигала сердца крестьян. Они приписывали ему дар прозорливости, считали блаженным, а некоторые чтили его как святого.

В 1858 г. томский купец Семён Феофанович Хромов приехал в причулымские волости уговаривать Федора Кузьмича переселиться в Томск. С Федором Кузьмичом Хромов познакомился еще в 1852 г., а 1858 г. великий старец «благоволил приехать» жить к Семёну Феофановичу в усадьбу и поселился во флигеле. Со временем для «Феодора Козмича» были срублены две кельи: городская в саду усадьбы Хромова и летняя, на заимке купца, которая располагалась на берегу реки Ушайки (ныне район пос. Восточный).

В этих двух кельях старец жил попеременно, в полном одиночестве. По воспоминаниям, он много молился, строго соблюдал посты, спал на голом деревянном ложе, подкладывая под голову полено.

Из Акта освидетельствования 18 октября 1924 года

Он никогда не отказывал в беседах тем, кто хотел поделиться с ним своими сомнениями и бедами. Каждый находил в этих разговорах душевное утешение.

Скончался старец в своей городской обители 20 января 1864 года в возрасте 80–87 лет, что соответствовало бы возрасту императора Александра I. 23 января он был «торжественно погребен» в ограде Томского Богородице-Алексиевского мужского монастыря. Умершего старца похоронили при огромном стечении народа, его келья и могила сразу стали местом поклонения многочисленных почитателей. На могиле был поставлен крест с надписью: «Здесь погребено тело Великого благословенного старца Фёдора Кузьмича, скончавшегося 20 января 1864 года». По распоряжению томского губернатора В.И. Мерцалова слова «Великого благословенного» были замазаны белой краской. В Сибири Федор Кузьмич прожил 27 лет, из них в Томске 5 лет.

«Городская обитель» это сегодня почти разрушившийся дом на углу улицы Крылова и проспекта Фрунзе. А когда-то он был таким.

Таким был дом до революции 1917 года

В дореволюционном Томске  келья старца и усадьба Хромова почитались святынями города и тщательно охранялись. Святым было и то место где находилась келья старца и где, по благословению святого Иоанна Кронштадского должна была быть построена (по уже готовому проекту на выделенные средства) каменная церковь во имя Козельщанской Божией Матери с детским домом трудолюбия при ней.

Но до разрушения кельи, её, все же пытались брать по охрану.

Из письма Предгубмузея в Губисполком

«28 июля с.г. Губмузеем по предложению г. Адм. Упр. был принят предварительно под свою охрану, так называемый, «домик Фёдора Кузьмича», помещающийся в усадьбе № 28, по Монастырской улице. Копия акта о приёмке при сем прилагается…»

Акт о наличии в келье вещей старца

«Дверь домика в присутствии милиции тот час же была заперта на замок, а на другой день на дверях домика было вывешено объявление, что домик находится под охраной Губмузея…

Когда мы, пр. представитель Губместхоза и я, заведующий краевым музеем, Шатилов, прибыли на место, то по вскрытии дверей сторожем рабфака было обнаружено, что в домике имущества, перечисленного в вышеупромянутом акте нет. Кем-то произведен полный разгром, сорван замок и имущество расхищено...»

В архиве хранится архивное дело с документами об охране домика старца Федора Кузьмича, после того, как тот «был разграблен неизвестными лицами».

«1924 года октября 18 дня. Я , нижеподписавшийся, упр. Ком. Дом. Урефантов Ал. Фед. Осматривал келью старца Фёдора Кузьмича, находящуюся в усадьбе № 28/16/7 по Монастырской улице и обнаружил, что дверь, забитая гвоздем, оказалась открытой и в келью помещен сторож столовой Ц.Р.К., находящийся в той же усадьбе Демкин Даниил Михайлович, который устроил себе в ней квартиру. По словам Демкина, находящиеся в келье 5 больших киот из под икон сторожем Демкиным разданы крестьянам. Угольный шкаф перенесен в канцелярию столовой Ц.Р.К., сюда же перенесены мягкий деревянный стул и маленький квадратный столик. Полено, служившее старцу Кузьмичу, согласно предания подушкой, исчезло неизвестно где. Означенные вещи, состоящие из столика, углового шкафика и стула перенесены обратно в келью и сданы под охрану и ответственность сторожа Демкина, сам же сторож Демкин из кельи выселен.

Упр. Гр. Ком. Дом. Урифонтов

Сторож А. Гуськов»

Протокол допроса Демкина Д.М.
27 октября 1924 года

«…По делу показываю, что келья старца Фёдора Кузьмича занята мной и лично Шестаковым…  …по разрешению заведующего студенческой столовой ЦОК… относительно икон, кто взял я не знаю, так как когда переходил в келью, то их уже не было…»

 

 

…Сегодня домик ещё стоит. Но, несмотря, на всю легендарность, и всю необходимость в реставрации,  сейчас остались только остатки некогда красивейшей усадьбы…

Так выглядит усадьба сейчас, где жил последние годы
Федор Кузьмич

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Правда, 15 лет назад, всё же,  планировалось восстановление… Проект пока реализовать не удалось…

И все же почему образ Александра I так долго тревожит и волнует его современников и потомков? Вероятно, ответ вновь следует искать в сознании русских людей. На процессе по делу В.Г. Короленко его адвокат О.О. Грузенберг высказался следующим образом:

«Великая, чисто русская легенда... Народ хотел верить и горячо верил, что в едином образе сочетался могущественнейший из царей и бесправнейший из его бесправных подданных... В Фёдоре Кузьмиче воплотилась идея искупления государем того великого греха, который не должен быть никому прощен, греха убийства или причастности к нему (имеется в виду убийство отца Александра, императора Павла I). И эта легенда смирения, искупления так близка, так родственна совестливой русской душе»[1].

 

[1] Громыко М.М. Буганов А.В. «О воззрениях русского народа». «Паломник», 2000. С. 446-450.

 

Слова эти многое проясняют в том ореоле мученика, которым был окружен в памяти народа Александр I. Христианская идея искупления греха, утвердившаяся в мироощущении русских, была соотнесена с известными обстоятельствами жизни и смерти императора и породила легенду.

 

Более подробно можно ознакомиться с документами в научном архиве музея.

Подготовила заведующая научным архивом музея

Тимофеева Ольга Юрьевна

1 ноября 2018 года