О музее / К 100-летию со времени основания музея / Век back

31 июля. Идите-ка к нам ложки мыть!

8 / 220

Ложка медная. Российская империя. Конец XIX – начало XX века (из фондов ТОКМ)

Давайте вместе решим задачку с несколькими неизвестными из условий жизни в Томске в 1920 году. Вот эта задача:

25 июля 1920 года во второй советской столовой Томска приготовили обед на 900 порций из расчёта – одна порция на человека. На обед явилось только 450 человек[1]. Сколько порций осталось?

Скажете – 450? А вот и не правильно! Ответ – 0 порций. 

Дело в том, что оставшиеся порции были вылиты в помойную яму! «Недопустимое безобразие» произошло тогда, когда многие семьи трудового народа нуждались в пропитании и столовая зачастую была спасением от голода. Факт вопиющей расточительности стал известен благодаря присутствию при этом представителя рабоче-крестьянской инспекции и составленного акта. На вопрос инспектора «Почему вы не отнесёте такую массу супа в ледник для того, чтобы завтра разогреть его и раздать на обед?» был дан весьма неприветливый ответ: «Не ваше дело. Мы вас знать не хотим. Идите-ка лучше к нам мыть ложки».

В чём же дело? Почему было не раздать оставшиеся обеды нуждающимся? Почему их не сохранили до следующего дня в холодном погребе? Почему грубо отвечали инспекторам? Много вопросов, а каков же ответ? Попробуем порассуждать.

Раздать нуждающимся? – а чем отчитаться? Ведь обеды выдавались по карточкам или пайкам, или за плату, их следовало учитывать.

Сохранить в леднике? А была ли такая возможность? Во-первых, суп мог просто испортиться. Во всяком случае, по правилам для заведений общественного питания конца 1920-х годов готовые супы следовало хранить в погребах на леднике не более суток, а рыбные и овощные – так вообще, не более 12 часов. Тем паче, что для детей обеды полагалось давать только в день приготовления.[2] И что если для приготовления использовались продукты не первой свежести, как нередко случалось в условиях дефицита? – Тогда такие блюда нельзя было оставлять до следующего дня. Между прочим, даже в столице в это время нередко бывали отравления после еды в столовых.

Во-вторых, посуда для хранения: была ли такая в столовой, да ещё ёмкостью на 450 порций?! Не забудем ещё, что перед подачей вчерашней пищи её требовалось разогреть. А как же экономия топлива по распоряжению коммунального отдела?[3] Ведь на завтра-то и новый обед готовить надо?

…Пока мы с вами размышляли, своё решение задачки предложили сами проштрафившиеся служащие столовой. Они «в целях более правильного освещения истины» внесли поправки в нашу историю и дали такой ответ: «Во-первых, 25 июля обедов готовилось не на 900 человек, а лишь на 800, во-вторых, отпущено было в этот день всего обедов не 450, а 656. Обед был приготовлен из одного мясного блюда. Суп этот, как приготовляемый из солёной конины, всегда брался неохотно, а на этот раз в особенности, ибо за отсутствием продуктов не был заправлен даже картофелем. После отпуска из общего котла 656 обедов оставшийся суп представлял не что иное, как разболтанные ополоски. Вот эти-то ополоски контролёрша от рабоче-крестьянской инспекции тов. Иванова и требовала сохранить, а на следующий день раздать детям. Раздать детям такой суп мы считали и считаем за преступление, что и объяснили т. Ивановой, но ничуть не в грубой форме, а когда она стала настойчиво требовать сохранить этот суп, а на завтра раздать его, то на это заведующий столовой лишь сказал ей: "Вы не в курсе дела, а потому исполнять ваши приказания я не буду" … и никто из нас … не делал Ивановой замечаний о том, что это не её дело и чтобы она шла к нам мыть ложки».[4]

Вот такая «задачка» о питании в Томске в 1920 году…

 _______________________________________________________________

[1] Знамя революции. 1920, 27 июля.

[2]Словцова Л.И. Здоровый стол.  Л., 1930. С. 44–45 (читать по ссылке ); Уварова Е.Г. Спутник домашней хозяйки. Л., 1927. С. 28,; Книга о вкусной и здоровой пище. М.–Л., 1939 (читать по ссылке).

[3] Знамя революции. 1920, 27 июля.

[4] Знамя революции. 1920, 29 июля.