Блог

«Музей поедет»

12 октября 2017

В архиве нашего музея хранится ученическая тетрадь с надписью «Музей поедет».

Это тетрадь воспоминаний очевидца событий Гражданской войны, которые проходили в1919 году в деревне Казанка Ново-Кусковской волости (в настоящее время это Асиновский район).

Тетрадь

Директору и вашим сотрудникам большое спасибо за то, что прислали мне  фотокарточки моего брата. Нам очень чижало было в то время переживать. Перепахивал огород, это место, чежело перепахивать братскую кровь было.

Что вам не понятно, пришлите мне ответ.

Расторгуев Павел И.

Извините - плохо написал.

Тетрадь была прислана в Томский краеведческий музей Павлом Расторгуевым в 1965 году. Он выражает благодарность директору и сотрудникам музея за фотографии брата, Николая Расторгуева. Директором музея в это время мог быть К.Ф. Пушников (1963 по1965 гг.) или А.Р. Пугачёв (1965–1967 гг.).

Илья Расторгуев

В начале письма Павел рассказывает о собрании жителей деревни Казанка.

Дом Ильи Расторгуева, где проходило собрание

Собралися на обчее собрание на сходку крестьян, поставили на обчем собрании два вопроса: нащет продуктов и кто за Советску власть.

Павел Расторгуев пишет о событиях времен Гражданской войны, о борьбе карательного отряда Сурова с партизанским отрядом Гончарова, о гибели 13 жителей деревни Казанка.

Карательный отряд Сурова

С утра 12 мая приезжает отряд Сурова, прибыл в Казанку с Орловки, стал за речкой и быстро оцепил деревню. Он расставил своих солдат, поставил на мельницу и на церковь (серкву), по проулкам и на сарай, и у Чуприкова двора.

Воспоминания П. Расторгуева содержат страшные свидетельства о казнях односельчан. Подробно описана последовательность этих исторических событий.

Стали собираться на сходку, оповестили раза 3, крестьянам некуда деваться, шли невесело, а молодежь не пускали.

Эти события оставили кровавый след в семейной истории Степана, карателями Сурова был убит его брат Илья Расторгуев.

Вот уже часов в 8 вечера выводят Белоглазова Степана второй раз стегать, стегали в две руки, потом он уже не мог встать на ноги, его взяли за руки и потащили в огород Чуприкова, тут же расстреляли в огороде, тут же расстреляли Степана Абрамовича Белоглазова. Тут же выводят из избушки Субботина Григория и расстреляли у Чуприкова в огороде, а которые крестьяне были во дворе, распустили по домам. После повели на расстрел Чернова Николая и второго – Быкова Филиппа за то, что они собрали хлеб Гончарову и продукты. Раздели обоих и поставили на расстрел. Быков Филипп сразу упал, а Чернов Н. стоял. Вторым залпом стреляли, а он стоит. Подходит капитан и шашкой голову срубил. Через 4 дня голову нашли за Сухановым огородом, вился черный ворон над этой головой (старик Суханов говорил).

И выводят Попадейкина Володю, Чернова Петра, Шерянкина И. Они были черные и не узнавали матерей. Матери хотелось проститься с сыном, но ее толкнули, не дали проститься. Раздели этих мужиков, поставили затылком, стали расстреливать, и подошли, шашками зарубили. И ведут четвертую партию: Суханова Поликарпа, Черемисина Антона, Курзеева Ивана. Они тоже как черные были, их раздели, стали расстреливать и покололи штыками.

И вот пошли за остальными крестьянами, которые посажены были в избушку и повели на расстрел.

Хлев на усадьбе Чуприкова, где содержали пленных перед расстрелом

Расторгуева Илью и Левина Н., Талупова Карпуху и Сечева Василия (вели) мимо нашего двора. Матери хотелось с сыном проститься. Но мать толкнули (Е. Амбросиевну). Я тут же стоял с матерью. Подняли мать со снохой Ариной и повели в дом. Я пошел смотреть. Раздели крестьян и поставили на расстрел. Сычев Василий стал лицом к палачам и говорит: «Стреляйте мне в грудь!». Капитан сказал: повернись. Залпом стреляли, и попадали, и второй раз залпом стреляли. Но Илья Расторгуев перескочил через свое прясло прямо в свой огород. Шальная пуля его догнала, упал в огороде.

Можно сказать без преувеличения, что письмо написано «кровью сердца». Не утихает боль души Степана о потере родного брата: «Перепахавал огород ето место чежело перепахавать братцкую кров было».

Письмо написано малограмотным человеком, оно содержит множество грамматических ошибок, недописанных слов и искажений, автор «пишет, как слышит». Но, пробираясь через эти искажения, мы можем «услышать» особенности привычной автору простой речи.

У Степана появляется желание дать оценку событиям Гражданской войны, он рассказывает о героическом поступке брата, о том, что брат не выдал список бывших на собрании односельчан, «кто за советску власть». Степан говорит о виновных, пишет о несправедливости того, что односельчанке, которая была в отряде Сурова, «пенцию дают, обидно». В этом не только жажда мести, но и суетность наших человеческих оценок «античеловечных» событий.

Через 4 дня опять рев был. Тетка Татьяна несет голову в мешке и воет (воеть) идет по деревне, унесла на кладбище, выкопала ямку и похоронила голову.

Приехал в ноябре Гончаров со своими партизанами, когда солдаты Сурова уехали в Томск. Дал команду Гончаров и перехоронили наших партизан с крестьянами. Гробы были крашены черной краской, несли по деревне нашей на красную площадь, вот тут было опять реву и вечная память нашим ребятам. Шли они за власть Советов или 3 Интернационал, за Коммунистическую, за Ленинскую программу.

Вот это никому не видать, жизнь эту, нашей молодежи и мальчикам.

Не оживить этих ребят (13 человек крестьян), посмотреть на хозяйство наше. Мой брат Илья работал в Обществе, только привезли из Новосибирской области на семена пшеницу 2 вагона с Курзеевым Максимом. Подсобил Гончарову отряду питанием. Расторгуев Илья не дал протокола, не выдал остальных.

Место расстрела
Памятник в деревне Казанка

Зверства колчаковских карательных отрядов объясняют причину отвращения людей от «белого движения», а эмоции дают возможность почувствовать и осознать то, что в гражданских войнах нет победителей и побежденных, что это национальная трагедия всего народа.

Тетрадь заканчивается словами:

Это было у меня на глазах.
Пишите мне, как вам писание.

Материалы были представлены на Всероссийской конференции «Помнит ли Россия уроки Октябрьской революции», прошедшей в г. Асино, и будут опубликованы на сайте выставки «Сибиряки вольные и невольные» (сибиряки.онлайн). О значении «семейных историй», «микроисторий» в изучении исторических событий и их представлении в музейной деятельности, говорится в докладе, включенном в программу Всероссийской научно-практической конференции «IV Ядринцевские чтения: к 100-летию Революции и Гражданской войны в России», которая пройдет в конце октября 2017 года в г. Омске.

Елена Доровенчик
Научный сотрудник НМО ТОКМ
«Музей поедет»