Блог

Археологические исследования Андрея Петровича Дульзона (к 120-летию со дня рождения)

23 июня 2020

АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ АНДРЕЯ ПЕТРОВИЧА ДУЛЬЗОНА

(к 120-летию со дня рождения) 

В истории сибирских народов особое значение имеет эпоха Средневековья (X–XVII вв.). Это время важнейших исторических событий, связанных с появлением на исторической арене кимако-кыпчаков, кыргызов, монголов. Под их влиянием, а иногда при непосредственном участии, происходило сложение современных этносов Западной Сибири – хантов, селькупов, томских и чулымских тюрков. Нарымское Приобье в эпоху позднего средневековья представляло собой контактную зону взаимодействия угров, самодийцев, кетов, тюрков. С XVII в. здесь проходили кочевые тропы западносибирских эвенков и началось заселение территории российскими переселенцами. Сложный процесс становления этих этносов и взаимодействие их друг с другом отражают археологические источники. Проблема происхождения аборигенного населения по-прежнему далека от окончательного решения.

Но речь пойдёт не об этом, речь пойдёт о человеке, чей вклад в решение этой проблемы трудно переоценить, о котором все специалисты (археологи, этнографы, антропологи, лингвисты, историки) отзываются, как о труженике Науки в превосходной степени. Речь пойдёт об Андрее Петровиче Дульзоне и его археологическом наследии – только об одной из страниц его многогранной деятельности – о раскопках на Кети и Оби в поисках культуры южных селькупов, территорией расселения которых было и остаётся Нарымское Приобье.

Становление его как сибирского археолога состоялось в 1944–1946 годах на Басандайском комплексе памятников, где Андрей Петрович руководил раскопками курганного могильника. В военные годы учёные оценивали эту свою работу как «первый сибирский опыт комплексного исследования»..., «как трудный почин – начать систематическое исследование окрестностей Томска, чтобы потом охватить исследованием всю Западную Сибирь, следуя по речным магистралям». Из всех сторонников и пионеров комплексных исследований только А.П. Дульзону удалось осуществить значительную часть этих грандиозных замыслов.

 

Возможно, именно тогда им была разработана Программа комплексного изучения древней истории и происхождения коренных западносибирских этносов. По замыслу предстояло связать исторически известные народы с археологическими памятниками недавнего прошлого, определить характерные черты культуры, места поселения и погребений тюрков и угро-самоедов в XVI и XVII веках. Центральной идеей Программы было доказать идентичность исчезнувшей археологической культуры и ныне живущей – тюркской, селькупской, хантыйской. Рассчитанная на 7 лет, она начала претворяться в жизнь уже с 1946 года, когда группа единомышленников, учёных и студентов под руководством Андрея Петровича приступила к исследованиям на территории Причулымья, а с 1952 года – на Кети и Оби. В кратчайшие сроки (за 10 лет!), с 1945 по 1955 годы эта задача была решена в отношении чулымских тюрков и, отчасти, нарымских селькупов.

Изучение проблемы происхождения чулымских тюрков и их языка предполагало проведение археологических раскопок и специальных исследований по языку, истории, этнографии и антропологии тюрков. С 1946 по 1951 гг. эти работы активизировались на Чулыме, в окрестностях дер. Тургай и Балагачево. Полученные материалы позволили А.П. Дульзону не только определить хронологию памятников, но и убедительно доказать их этническую принадлежность.

Проблема происхождения чулымских татар – итоги исследования.

 

 

 

 

 

 

Вторым этапом в реализации программы стало изучение северных соседей тюрков – нарымских селькупов, расселявшихся на территории Томской области в низовьях Чулыма, на Оби, Парабели, Кети, Тыма. В 1952 году – экспедиция на Кеть, раскопки курганов в окрестностях пос. Усть-Озёрного и бывших юрт Урлюковых, обследование археологических памятников, сбор этнографических материалов у селькупов и эвенков.

 Усть-Озерное. Экспедиция 1952 года.

 

 

 

 

 

 

 

Усть-Озерное. Экспедиция 1952 года. 

 

 

 

 

 

 

Зубреково. Могила на старом остяцком кладбище. 1952 г.

 

 

 

 

 

 

В 1954 г. А.П. Дульзон выезжает с экспедицией на Обь, на раскопки курганных могильников в окрестностях пос. Молчаново – Пачангского и на Остяцкой Горе.

Молчаново. Коренная терраса реки Оби. Вид с Остяцкой горы. 

Фото Г.И. Гребневой

 

 

 

 

 

Сегодня трудно представить, что в то время до пос. Молчаново, на Остяцкую гору и обратно в Томск нужно было добираться на лодках.

На пути к Остяцкой горе. 1954 г. Архив ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

Возвращение в Томск. 1954 г. Архив ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

Раскопки продолжались месяц – с 16 июня по 17 июля. Работало на курганах 11 человек, вместе с А.П. Дульзоном. Это были: студенты Иностранного и Исторического факультетов педагогического института; Исторического факультета Томского университета; двое учащихся школы № 43 г. Томска; научный сотрудник Томского областного краеведческого музея Р.А. Ураев; доцент Томского университета, антрополог Н.С. Розов.

Участники экспедиции. На Остяцкой Горе. 1954 г. Архив ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

 Участники экспедиции на Пачанге и Рёлке. Архив ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

 

К тому времени Пачангский могильник располагался уже на территории посёлка, некоторые курганы оказались разрушенными при строительстве домов, какая-то их часть была занята под огороды и хозяйственные постройки. Поэтому, по сути, пришлось срочно проводить аварийно-спасательные работы.

 Дневник Археологической экспедиции. 1954 год. Архив ТОКМ. 

 

 

 

 

 

 

 

 

Удалось раскопать 9 насыпей, под которыми оказалось 34 погребения, а на Остяцкой Горе – 16 курганов с 54 погребениями и два жилища на городище. 

Вид на группу курганов Пачангского могильника до раскопок. 1954 год.

 

 

 

 

 

Раскопки на Пачангском могильнике. 1954 год.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 Находки из курганов Пачангского могильника. XVI век. Костяные и железные наконечники стрел, бусы, перстни, подвески и накладки, лепные сосуды, раковины каури.

 Полученные на могильниках материалы А.П. Дульзон датировал XVI–XVII вв. и считал, что они оба были оставлены предками нарымских селькупов – жителями Шепецкой волости. В итоге им была выделена «остяцкая» курганная культура XVI–XVII вв., включавшая тюркские и селькупские памятники Нижнего Чулыма. Местный колорит она получила благодаря наличию новых черт тюркского происхождения. Несмотря на это, у тюрков Нижнего Чулыма сохранялся селькупский субстрат, поэтому А.П. Дульзон различал курганную культуру селькупов (могильники Пачангский и на Остяцкой Горе, Усть-Озеринский, Урликовский) и курганную культуру чулымско-тюркскую (могильники Тургай и Балагачево). Одних он рассматривал как древних аборигенов, подвергшихся ассимиляции после монголо-татарской экспансии в Сибири, других – как менее подверженных этому процессу и сохранивших свои традиции. Несмотря на разницу в погребальном обряде и языке, те и другие, по его мнению, сохраняли общую древнюю культурную основу.

Публикации об археологических исследованиях на Оби.

 

 

 

 

 

 

 

С того времени прошло почти семьдесят лет, но и хронология этих могильников, и этническая принадлежность населения, хоронившего на обских берегах, не имеют оснований для пересмотра.

Важным признаком материальной культуры южных селькупов А.П. Дульзон считал глиняную посуду, вылепленную ручным способом без гончарного круга. Дольше всех (до второй половины XVII века) её продолжали делать селькупы, расселявшиеся по берегам Оби и Обь-Чаинскому междуречью, хотя к этому времени уже появилась привозная русская гончарная посуда, бронзовые (?) и железные котлы. Интересно, что верные традиции селькупы продолжали лепить не только обычные горшки, но и горшки с двумя-четырьмя налепными ушками, ладьевидные сосуды, чаши. На отдельных сосудах они наносили орнамент, знакомый в Нарымском Приобье со времён раннего железного века, это – «уточка», нарисованная или оттиснутая штампом. 

Пачангский могильник. Лепная посуда. Фонды ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

 

Андрей Петрович на основании своих наблюдений и зарисовок уже в 1950-х годах первым из исследователей обратился к реконструкции одежды селькупов. Он выделил комплекс украшений, связанных с волосами и головными уборами, с поясами, отдельными элементами селькупского костюма и обуви XVII века. Особую ценность представляют фотографии, рисунки, записи из дневника экспедиции, сделанные самим А.П. Дульзоном и хранящиеся в архиве ТОКМ (Рис. 11).

Среди находок – фрагменты летних головных уборов и украшения селькупских женщин в виде повязки, расшитой бисером, стеклянными бусами, металлическими накладками.  

Карбинский могильник II. XVII век. Графическая реконструкция лица по черепу выполнена антропологом Еленой Алексеевой. Летний головной убор реконструирован автором.

 

 

 

 

 

 

 

 

Зимой носили шапочки из толстой шерстяной ткани красного или коричневого цвета, обшитые позументом, тонкой медной проволочкой или пояском медных накладок. Иногда его дополняли крупными металлическими пластинами и фабричными напёрстками, а на висках прикрепляли проволочные подвески-серьги в виде знака вопроса с бусами на оттяжке. Детские головные уборы особенно часто украшали бисером, бусами, позументом.

По инвентарю с Остяцкой Горы А.П. Дульзон выделил женские украшения, связанные с головой и волосами из бус, металлических пронизей-трубочек и подвесок, которые он назвал накосными. Их делали специально из матерчатой или кожаной ленты, которую расшивали бисером, бусами, металлическими литыми или полыми пуговками-подвесками, трубочками-пронизками. На концы лент прикрепляли большие металлические подвески. Эти украшения не вплетали в волосы: их прикрепляли у основания кос или на головную повязку. Видимо, обилие украшений и их разнообразие зависели от возраста и статуса женщин.

Накосные украшения. Могильник на Остяцкой горе. Архив ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Анализируя материалы Пачангского могильника, А.П. Дульзон пришёл к выводу, что женщины и в XVI веке также украшали свои косы, а головные уборы расшивали металлическими накладками, бусами, раковинами каури. Селькупы Кети, Оби (могильник Мигалка) и чулымские тюрки в XVI–XVII носили такие же головные уборы.

Пояса (Рис. 18). В архиве ТОКМ, в личном фонде А.П. Дульзона, в дневнике сохранились и рисунки поясов, выполненные его рукой. Пояса делали на ременной, матерчатой и тканой основе. Большинство поясов с Остяцкой Горы выполнено из полосы плотной ткани, расшитой металлическими прямоугольными и квадратными накладками, штампованными лунницами, с литыми колесовидными и кругло-проволочными подвесками.

Пояса селькупов Кети. Из экспозиции Колпашевского краеведческого музея.

 

 

 

 

 

 

 

За последние десятилетия появилось немало исследований, посвящённых реконструкции позднесредневековых поясов, хорошо известных по материалам селькупских могильников XVII века. Заслуга А.П. Дульзона состоит в том, что он сделал это первым, оставив фотографии, рисунки и описания поясов чулымских тюрков и нарымских селькупов.

Оформление одежды. В дневнике А.П. Дульзона сохранилось два рисунка, посвящённых оформлению деталей верхней одежды, на основании которых можно сделать вывод о декорировании левой (?) полы распашной (?) одежды металлическими накладками-лунницами и оформлении краёв обеих полок (возможно, рукавов и подола) лентой позумента.

Оформление деталей верхней одежды. Могильник на Остяцкой Горе. Архив ТОКМ.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В результате археологических исследований в окрестностях пос. Молчаново, включая материалы с городища позднего бронзового века, в Томский областной краеведческий музей поступило 7159 ед.

Завершая рассказ об исследованиях Андрея Петровича Дульзона, можно вновь и вновь повторить, что это был человек яркой, неординарной судьбы, учёный-энциклопедист советской эпохи, заложивший основы для изучения коренных этносов Западной Сибири и решивший на практике проблему происхождения чулымских татар и южных селькупов.   

 

Литература

Боброва А.И., Глушкова Т.Н. Женская погребальная одежда из Прикетья // «Интеграция археологических и этнографических исследований». Омск : Изд-во ОмГПУ; Издательский дом Наука, 2009. – С. 87–91.

Боброва А.И. Головные уборы и украшения кос средневекового населения Нарымского Приобья // Игорь Геннадьевич Глушков. Сб. научн. статей. Ханты-Мансийск: ООО «Печатный мир г. Ханты-Мансийск», 2012. Ч. 3. – С. 118–122.

Боброва А.И., Бодрова А.Ш. Пояса XVII века из Прикетья (технология и декор) Интеграция археологических и этнографических исследований. Иркутск-Омск, 2013. –  С. 34–43.

Боброва А.И., Алексеева Е.А. Реконструкция внешнего облика отдельных представителей населения Прикетья XV–XVII вв. (по археологическим и краниологическим данным) // Вестник археологии, антропологии и этнографии. – Тюмень: Издательство ИПОС СО РАН, 2016. № 3 (34). – С. 116–126.

Боброва А.И. К вопросу о реконструкции селькупского костюма по материалам могильника XVII века на Остяцкой горе (к 60-летию исследований А.П. Дульзона на р. Оби у пос. Молчаново). Томский журнал лингвистических и антропологических исследований. Томск, 2015. 1 (7). – С. 82–94.

Боброва А.И., Бодрова А.Ш. Реконструкция костюма девочки-подростка из погребального комплекса 17 века с Остяцкой Горы // Народный костюм в Сибири. Новосибирск, 2017. – С. 154–157.

Гребнева Г.И Каталог археологического собрания Томского областного краеведческого музея. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2017. – 554 с.

Дульзон А.П. Дневники раскопок курганного могильника на Басандпйке // Сб. Басандайка. Томск, 1947. – С. 67–115.

Дульзон А.П. Поздние археологические памятники Чулыма и проблема происхождения чулымских татар // Учен. зап. Том. гос. пед. ин-т. Томск. 1953. Т. 10. – С. 127–334.

Дульзон А.П. Археологическая экспедиция в окрестности села Молчанова на Оби. /1954 г. /Томск // Архив ТОКМ. Ф. 3. Оп. 9. Д. 16. – 373 л.

Дульзон А.П. Полевые чертежи раскопов на Остяцкой Горе около села Молчанова на Оби (1954) / Архив ТОКМ // Личный фонд Дульзона Андрея Петровича (1900–1973 г.) видного российского языковеда, лауреата Государственной премии СССР. Ф. 3. Оп. 9. Д. 17. – 33 л.

Дульзон А.П. Предварительный отчет об археологических раскопках, произведенных летом 1954 года в пределах Молчановского района Томской области / Архив ТОКМ // Личный фонд Дульзона Андрея Петровича (1900–1973 г.) видного российского языковеда, лауреата Государственной премии СССР. Ф. 3. Оп. 9. Д. 24. – 126 л.

Дульзон А.П. Остяцкие могильники XVI–XVII вв. у села Молчаново на Оби // Учен. зап. Том. гос. пед. ин-та. Томск, 1955а. – Т. 13. – С. 97–154.

 Дульзон А.П. Пачангский курганный могильник // Учен. зап. Том. гос. пед. ин-та. Томск, 1955б. – Т. 14. – С. 230–250.

Дульзон А.П. Археологические памятники Томской области // Тр. Том. обл. краевед. музея. Томск, 1956. – Т. 5. – С. 89–316.

Дульзон А.П. Остяцкий курганный могильник XVII века у с. Молчаново на Оби // Учен. зап. Том. гос. пед. ин-та. Томск, 1957. – Т. 16. – С. 443–488.

Чиндина Л.А. О ритуальной одежде селькупской женщины XVII века // «Моя избранница наука, наука, без которой мне не жить…». Барнаул: Изд-во Алтайского гос. ун-та, 1995. – С. 179–187.

 

Старший научный сотрудник  научно-исследовательского отдела ТОКМ,

археолог  А. Боброва

22.06.2020

А. И. Боброва
Археолог, старший научный сотрудник научно-исследовательского отдела ТОКМ                    
Археологические исследования Андрея Петровича Дульзона  (к 120-летию со дня рождения)